Генофонд.рф / Народы и регионы / Европа / Поморы Онежского полуострова и Зимнего берега: три популяции – три разных генетических портрета
Поморы Онежского полуострова и Зимнего берега: три популяции – три разных генетических портрета
01.10.2022
Скачать страницу в PDF
 Устье реки в деревне Летняя Золотица , Приморский р-н. Фото: А.Агджоян.
Впервые исследован Y-хромосомный генофонд трех самых северных русских популяций — поморов Архангельской области: Онежского берега, Летнего берега и западного фрагмента Зимнего берега Белого моря. Анализ по панели 60 SNP-маркеров Y-хромосомы выявил 14 гаплогрупп, по частотам которых популяции поморов резко различаются. Поморы Онежского берега оказались генетически схожи с широким кругом финноязычных народов Северо-Восточной Европы и тех русских популяций, у которых есть мощный дославянский субстрат. Поморы Летнего берега близки к генофондам Скандинавии. Поморы Зимнего берега сходны лишь с единичными популяциями финнов и шведов. Ни одна из популяций поморов не имеет генетического сходства с населением Новгородчины, с которым традиционно связывают происхождение поморов. Предполагается, что причиной столь ярко выраженного своеобразия популяций поморов, наряду с дрейфом генов, стал разный дославянский субстрат, лежащий в основе генофонда каждой популяции, а также более поздние потоки генов.
Для населения Русского Севера, как давно отмечали специалисты, характерно генетическое своеобразие: северные русские популяции не только отличаются от южных, но и различны между собой. Это относится и к самым северным русским побережья Белого моря – поморам. Так традиционно называли себя люди, в течение многих веков живущие рыболовством, охотой на морского зверя и морской торговлей. Первоначальное заселение побережья Белого моря началось в мезолите, около 8 тысяч лет назад. От неолита здесь остались следы двух близких археологических культур – каргопольской и беломорской. Волну заселения в эпоху бронзы (4–3 тысячи лет назад) связывают с финно-угорским населением (прежде всего, с саамским). Первые упоминания о постоянных русских поселениях на беломорском побережье появились в конце XIII — начале XIV века, и их связывают с колонизацией севера из Великого Новгорода, ее еще называют «верховой». Переселенцы, согласно летописям, встретили на этих землях финноязычное население — племена чуди заволочской, которых ассоциируют с вепсами. Жизнь на северной периферии ареала русского народа привела к формированию особого быта, особой культуры, связанной с морем, а также включала в себя интенсивное взаимодействие с населением Северной и Северо-Восточной Европы. Можно ожидать, что все эти события оставили след в генофонде поморов.
Генофонд поморов практически неизвестен. Но проведены иследования генофонда «материковых», а не прибрежных популяций Русского Севера. Они показали, что по митохондриальной и аутосомной ДНК северные русские сближаются с населением Северной Европы, а по отцовским линиям сходны с населением обширной территории от Прибалтики до Печоры, что объясняется наследием древнейшего палеоевропейского населения. Вместе с тем поиск следов новгородской колонизации в генофонде Русского Севера по широкогеномной панели аутосомного генома показал, что «новгородская» предковая компонента на севере Архангельской области отсутствует, а на ее юге составляет не более трети генофонда.
Новые данные о генофонде популяций поморов получены в исследовании, проведенном сотрудниками Медико-генетического научного центра и Биобанка Северной Евразии под руководством проф. Е.В.Балановской, и опубликованы в журнале «Вестник РГМУ». Принимая во внимание традицию патрилокальности у поморов и высокую эффективность изучения «отцовских линий», авторы с помощью маркеров Y-хромосомы решили создатьи «генетические портреты» трёх впервые изученных популяций поморов и провести поиск в их генофонде следов новгородской колонизации.
Материал для исследования собран в ходе экспедиции 2021 года: обследованы населенные пункты Онежского полуострова (Онежский берег и Летний берег) и западного (Онежского) фрагмента Зимнего берега (рис. 1). Далее все три популяции условно именуются «онежскими поморами». Для каждого обследуемого составляли родословную на глубину не менее трех поколений, и в выборку включали только тех неродственных между собой индивидов, все предки которых до третьего поколения принадлежали к данной популяции и считали себя русскими. Обследование проведено субтотально: образцы крови взяты в селениях с компактным проживанием поморов практически у всех мужчин, соответствующих перечисленным критериям. Для сравнения с популяциями коренного населения севера Европы авторы использовали данные литературы и неопубликованные данные АНО «Биобанк Северной Евразии».
 Рис.1. Расположение изученных групп в системе популяций поморов: А) Традиционные поселения поморов на берегах Белого моря и места рождения предков по отцовской линии участников обследования. Б) Населённые пункты Архангельской области, где проводилось обследование. Источник карты на рисунке А: URL: http://lexicon.dobrohot.org/images/c/c5/00133909.jpg
ДНК, выделенную из образцов венозной крови, генотипировали по панели 60 Y-SNP маркеров методом ПЦР в реальном времени. В генофондах трех популяций встречено 14 гаплогрупп Y-хромосомы (рис. 2): E-M78, I1-M253, I2-P37.2, I2-M223, J2-M92, J2-M67, N2a-Y3205, N3a3-CST10760, N3a4-Z1936, R1a-PF6202, R1a-CTS1211, R1a-Z92, R1b-L51, T1a-M70. Самыми частыми оказались гаплогруппы I1, N3 и R1a, каждая из которых составляет около четверти общего генофонда онежских поморов. Гаплогруппа R1a представлена тремя ветвями (PF6202, CTS1211, Z92), гаплогруппа N3 – двумя (CST10760, Z1936). Следующие по убыванию частоты – I2-P37.2 и R1b (по 8% генофонда в целом), остальные гаплогруппы редки.
Генетические портреты онежсих поморов
Оказалось, что, хотя географически три популяции онежских поморов близки друг к другу, их генетические портреты заметно отличаются, причем по четырем гаплогруппам (I2, N3a4, R1a, R1b) эти различия достоверны. Хотя у каждой из трёх популяций поморов присутствуют не менее девяти гаплогрупп их «общего портрета», но спектр гаплогрупп каждой популяции очень своеобразен. У поморов Зимнего берега снижена частота гаплогруппы N3a4 и повышена частота I2; в популяции Летнего берега не обнаружена гаплогруппа R1a-PF6202, характерная для двух других популяций, но повышена частота R1b; в популяции Онежского берега высока частота N3a4, но низка I2 (рис. 2).
 Рис.2. Спектр гаплогрупп Y-хромосомы в изученных популяциях Архангельской области: А) Доли основных гаплогрупп в генофонде Русского Севера; Б) Частоты гаплогрупп Y-хромосомы (с подразделением основных на ветви) в популяциях онежских поморов.
Прослеживаются убывание доли гаплогрупп I1 и I2a c востока (Зимний берег) на запад (Онежский берег) и противоположный тренд у гаплогрупп N3a3 и N3a4. Но такой «долготный» тренд отсутствует у гаплогрупп R1a (частота повышена в популяциях Зимнего и Онежского берегов) и R1b (максимум на Летнем берегу). Частота гаплогруппы R1a высока в генофондах Зимнего (29%) и Онежского берегов (36%), и все три ветви R1a здесь встречены с частотой ≥5%. Вместе с тем на Летнем берегу частота R1a вдвое ниже и обнаружены только ветви R1a-CTS1211 (13%) и R1a-Z92 (2%). Снижение частоты R1a и резкое возрастание частоты R1b (20%) только в популяции Летнего берега может быть результатом как дрейфа генов, так и их миграционного потока. Высока частота R1b и у русских Пинежского района Архангельской области (рис. 2), но там распространена иная ветвь R1b. У поморов обнаружена ветвь L51, более характерная для народов Северо-Западной, чем Северо-Восточной Европы и для установления её источника (миграция или сохранение древнейшего генетического ландшафта региона) необходимо использование филогенетических подходов.
С другими русскими популяциями Архангельской области онежских поморов объединяет значительная частота гаплогрупп R1a и N3a4 (хотя N3a4 редка в популяции Зимнего берега). Резкое отличие «прибрежных» поморов от «материковых» популяций Архангельской области проявляется по частоте гаплогруппы I1: у онежских поморов она составляет в среднем четверть генофонда (25%), но для других северных русских не характерна (в Красноборской популяции – 12%, в Пинежской – 1%, в Лешуконской не обнаружена).
Положение онежских поморов в генетическом пространстве Северной Европы
Авторов удивил тот факт, что, вопреки географической близости и культурной общности трех популяций онежских поморов, генетические расстояния между ними оказались довольно велики (d=0,28). Вместе с тем расстояние от онежских поморов до других русских популяций почти в три раза больше (d=0,76). Интересно, что наиболее близкой к генофонду поморов, особенно поморов Онежского берега (d=0,15) оказалась географически удаленная (на примерно 500 км) популяция русских Красноборского и Ленского районов Архангельской области.
Из других русских популяций относительное генетическое сходство с поморами обнаруживают лишь русские Костромской области (d=0,50) и популяция Мологи Ярославской области (d=0,63). При этом к генофонду Мологи близки только поморы Онежского берега (d=0,17), в то время как генофонды Летнего и Зимнего от неё крайне далеки (d=0,85). Ранее этим же коллективом авторов было показано, что среди ярославских популяций именно Молога сохранила явный генетический след дославянского населения (предположительно мери).
Среди иных народов России к онежским поморам наиболее генетически близки вепсы (d=0,43) и северные карелы (d=0,46), причем вновь лишь за счет поморов Онежского берега (d=0,23 и d=0,12 соответственно). Более того, оказалось, что поморы Онежского берега генетически ближе к финноязычным соседям, чем к другим популяциям поморов (d=0,28). А вот представители восточного крыла финноязычных народов — удмурты – оказались самыми генетически далекими от поморов (d=2,50), что противоречит представлению о сходстве генофонда поморов и финно-пермских народов.
Однако наибольшее генетическое сходство онежские поморы обнаруживают с народами зарубежной Северной Европы: генетическое расстояние от поморов до шведов и финнов (d=0,28) такое же, как среднее расстояние между популяциями поморов (d=0,28), а расстояние до генофонда саамов вдвое меньше (d=0,14). Причем прослеживается тренд: расстояние до генофондов финнов и саамов уменьшается в четыре раза по мере движения на запад — от Зимнего берега к Онежскому. Генетические расстояния до скандинавов (датчан, норвежцев, шведов) следуют противоположному тренду: наиболее близки к ним поморы Летнего и Зимнего берега, а расстояние от поморов Онежского берега до скандинавов вдвое больше. При этом, если поморы Зимнего берега близки лишь к скандинавам, то поморы Летнего берега обнаруживают определенное генетическое сходство также с широким кругом европейских популяций – от немцев (d=0,36) до ирландцев (d=0,65).
В генетическом пространстве многомерного шкалирования (рис. 3) (график построен по 14 «поморским» гаплогруппам Y-хромосомы) выделяются пять кластеров с условными названиями. «Славянский» кластер включил белорусов, украинцев, поляков и русских Смоленской и Ярославской областей; к нему близок «новгородский» кластер, объединивший все три популяции Новгородской области и Порхов Псковской области, входивший в Новгородские земли; к ним присоединились также финноязычные популяции – вепсы и южные карелы. «Прибалтийский» кластер включил латышей, литовцев и эстонцев, а также популяцию Псковской области (Остров); «архангельский» кластер объединил популяции Пинежского и Лешуконского районов Архангельской области с Мологой Ярославской области и тверскими карелами. Поморы образовали свой собственный обширный кластер, его площадь лишь немногим меньше суммы всех четырех кластеров групп сравнения, включивших финноязычные, балтоязычные и славянские популяции. Но, как подчеркивают авторы, при столь огромных различиях между поморскими популяциями они заняли свое собственное место в генетическом пространстве Северо-Восточной Европы.
 Рис. 3. Положение генофонда поморов в генетическом пространстве Северо-Восточной Европы. График многомерного шкалирования построен по частотам 15 гаплогрупп Y-хромосомы. Цвета популяций указывают их языковую принадлежность: красный – славянские народы, жёлтый – балтийские народы, синий – финноугорские народы.
Точнее определить регионы, с которыми сходны генофонды поморов, и расширить круг популяций сравнения помогают карты генетических расстояний (рис. 4), рассчитанные по 26 гаплогруппам Y-хромосомы, характерным для всего региона. Вот что показали эти карты. Поморы Онежского берега генетически близки к финноязычным народам России и Финляндии и к русским популяциям Архангельской области. Поморы Летнего берега обнаружили генетическое сходство только с населением Скандинавии. Наконец, у поморов Зимнего берега практически нет сходных генофондов за исключением некоторой близости к финнам и шведам. Итак, генофонды трех популяций «онежских поморов» оказались своеобразны, каждая имеет уникальный генетический портрет. Генетические расстояния между популяциями поморов оказались сопоставимы с общим размахом изменчивости между восточными славянами, балтами и финно-уграми региона.
 Рис. 4. Карты генетических расстояний Нея от трёх популяций онежских поморов: А) общая (средняя трёх карт отдельных популяций); Б) Онежский берег; В) Летний берег; Г) Зимний берег. Популяция, от которой рассчитываются расстояния, отмечена звездочкой. Зелёные и желтые тона отражают минимальные расстояния до популяции, красно-коричневые – максимальные.
Объяснить такое своеобразие генофонда дрейфом генов (так называют случайные генетические изменения в немногочисленной популяции) авторы могут лишь для поморов Зимнего берега, но не для остальных. Однако пока что популяция Зимнего берега представлена лишь ее «прионежской» частью (рис. 1); окончательный вывод о ней можно будет сделать лишь после анализа генетических портретов других ее частей.
Авторы рассуждают, что, несомненно, дрейф генов был важным фактором в генетической истории всех популяций поморов, численность которых в течение последних поколений постоянно снижалась. Однако дрейфу генов не удалось стереть генетическую память о том, что в основе их генофондов лежал различный субстрат. Поморы Онежского берега делят этот субстрат с широким кругом западного ствола финноязычного населения севера Европы, тогда как поморы Летнего берега схожи только с населением Скандинавии. Таким образом, результаты изучения полиморфизма Y-хромосомы — наиболее стабильной части генофонда вследствие патрилокальности поморов – прямо указывают, что причина генетического своеобразия популяций онежских поморов кроется в различном генетическом субстрате, опосредованном более поздними потоками генов.
В свете гипотезы новгородской колонизации Белого моря особенно интересен вопрос о том, насколько сходны генофонды поморов и новгородцев. Оказалось, что по генетическим расстояниям поморы не более близки к новгородцам, чем к прочим русским популяциям. Генетические отличия новгородцев велики даже от поморов Онежского берега, а от популяций других поморов они еще больше. Ранее тем же коллективом исследователей был сделан вывод об отличиях аутосомного генома новгородцев от русских севера Архангельской области. Теперь же показаны различия между генофондами новгородцев и поморов по маркерам Y-хромосомы. Оба результата противоречат гипотезе, что генофонд Русского Севера был сформирован новгородской экспансией. Как подчеркивают исследователи, это далеко не единственный случай в мировой культуре, когда внутренняя колонизация выражалась в расширении власти и экономического влияния, но не приводила к решительному изменению генофонда. И это убедительно показывает, что представления об истории, сложившиеся в гуманитарных науках, далеко не всегда находят прямое отражение в генофонде.
Источник:
Окованцев В. С., Пономарев Г. Ю., Агджоян Анастасия Т., Агджоян Анна Т., Пылёв В. Ю., Балановская Е. В. Своеобразие поморов Онежского полуострова и Зимнего берега в генетическом контексте севера Европы // Вестник РГМУ. 2022. №5 https://vestnik.rsmu.press/archive/2022/5/2/abstract?lang=ru
Новости в СМИ
Сайт «N+1″
Онежские поморы оказались генетически близки к финноязычному населению и скандинавам
|
Избранное
Анализ древних геномов с запада Иберийского полуострова показал увеличение генетического вклада охотников-собирателей в позднем неолите и бронзовом веке. След степной миграции здесь также имеется, хотя в меньшей степени, чем в Северной и Центральной Европе.
|
Геологи показали, что древний канал, претендующий на приток мифической реки Сарасвати, пересох еще до возникновения Индской (Хараппской) цивилизации. Это ставит под сомнение ее зависимость от крупных гималайских рек.
|
Текст по пресс-релизу Института археологии РАН о находке наскального рисунка двугорбого верблюда в Каповой пещере опубликован на сайте "Полит.ру".
|
На основе изученных геномов бактерии Yersinia pestis из образцов позднего неолита – раннего железного века палеогенетики реконструировали пути распространения чумы. Ключевое значение в ее переносе в Европу они придают массовой миграции из причерноморско-каспийских степей около 5000 лет назад. По их гипотезе возбудитель чумы продвигался по тому же степному коридору с двусторонним движением между Европой и Азией, что и мигрирующее население.
|
Генетическое разнообразие населения Сванетии в этой работе изучили по образцам мтДНК и Y-хромосомы 184 человек. Данные показали разнообразие митохондриального и сравнительную гомогенность Y-хромосомного генофонда сванов. Авторы делают вывод о влиянии на Y-хромосомный генофонд Южного Кавказа географии, но не языков. И о том, что современное население, в частности, сваны, являются потомками ранних обитателей этого региона, времен верхнего палеолита.
|
Опубликовано на сайте Коммерсант.ru
|
Авторы свежей статьи в Nature опровергают представления о почти полном замещении охотников-собирателей земледельцами в ходе неолитизации Европы. Он и обнаружили, что генетический вклад охотников-собирателей различается у европейских неолитических земледельцев разных регионов и увеличивается со временем. Это говорит, скорее, о мирном сосуществовании тех и других и о постоянном генетическом смешении.
|
Последние дни у нас веселые – телефон звонит, не переставая, приглашая всюду сказать слово генетика. Обычно я отказываюсь. А здесь все одно к одному - как раз накануне сдали отчет на шестистах страницах, а новый – еще только через месяц. И вопросы не обычные - не про то, когда исчезнет последняя блондинка или не возьмусь ли я изучить геном Гитлера. Вопросы про президента и про биологические образцы.
|
В Медико-генетическом научном центре (ФГБНУ МГНЦ) 10 ноября прошла пресс-конференция, на которой руководители нескольких направлений рассказали о своей работе, связанной с генетическими и прочими исследованиями биологических материалов.
|
Горячая тема образцов биоматериалов обсуждается в программе "В центре внимания" на Радио Маяк. В студии специалисты по геногеографии и медицинской генетике: зав. лаб. геномной географии Института общей генетики РАН, проф. РАН Олег Балановский и зав. лаб. молекулярной генетики наследственных заболеваний Института молекулярной генетики РАН, д.б.н., проф. Петр Сломинский.
|
О совсем недавно открытой лейлатепинской культуре в Закавказье, ее отличительных признаков и корнях и ее отношениях с известной майкопской культурой.
|
Интервью О.П.Балановского газете "Троицкий вариант"
|
В издательстве «Захаров» вышла книга «Эта короткая жизнь: Николай Вавилов и его время». Ее автор Семен Ефимович Резник, он же автор самой первой биографической книги о Н.И.Вавилове, вышедшей в 1968 году в серии ЖЗЛ.
|
Исследование генофонда четырех современных русских популяций в ареале бывшей земли Новгородской позволяет лучше понять его положение в генетическом пространстве окружающих популяций. Он оказался в буферной зоне между северным и южным «полюсами» русского генофонда. Значительную (пятую) часть генофонда население Новгородчины унаследовало от финноязычного населения, которое, видимо, в свою очередь, впитало мезолитический генофонд Северо-Восточной Европы. Генетические различия между отдельными популяциями Новгородчины могут отражать особенности расселения древних славян вдоль речной системы, сохранившиеся в современном генофонде вопреки бурным демографическим событиям более поздних времен.
|
На "Эхе Москвы" в программе "Культурный шок" беседа глав. ред. Алексея Венедиктова с д.б.н., зав. кафедрой биологической эволюции Биологического факультета МГУ Александром Марковым.
|
О том, неужели кто-то пытается придумать биологическое оружие против граждан России — материал Марии Борзуновой (телеканал "Дождь").
|
Отличная статья на сайте "Московского комсомольца"
|
Что такое биоматериал? Где он хранится и как используется? Об этом в эфире “Вестей FM” расскажут директор Института стволовых клеток человека Артур Исаев и заведующий лабораторией геномной географии Института общей генетики имени Вавилова, доктор биологических наук, профессор РАН Олег Балановский.
|
Что стоит за высказыванием В.В.Путина о сборе биологических материалов россиян, и реакцию на его слова в студии "Радио Свобода" обсуждают: политик Владимир Семаго, доктор биологических наук, генетик Светлана Боринская, руководитель лаборатории геномной географии Института общей генетики РАН Олег Балановский.
|
Как сказал ведущий программы «Блог-аут» Майкл Наки, одна из самых обсуждаемых новостей недели – это высказывание Владимира Путина, про то, что собираются биоматериалы россиян – массово и по разным этносам. И это было бы смешно, когда бы не было так грустно - если бы после этого высказывания всякие каналы не начали выпускать сюжеты о биооружии, которое готовится против россиян. По поводу этой странной истории ведущий беседует с д.б.н., проф. РАН О.П.Балановским.
|
Ведущие специалисты в области генетики человека считают напрасными страхи перед неким «этническим оружием». Сделать его невозможно.
|
Комментируем ситуацию вокруг вопроса Президента РФ, кто и зачем собирает биологический материал россиян.
|
В африканских популяциях, как выяснилось, представлено большое разнообразие генетических вариантов, отвечающих за цвет кожи: не только аллели темной кожи, но и аллели светлой кожи. Последних оказалось особенно много у южноафриканских бушменов. Генетики пришли к заключению, что варианты, обеспечивающие светлую кожу, более древние, и возникли они в Африке задолго до формирования современного человека как вида.
|
Анализ генома 40-тысячелетнего человека из китайской пещеры Тяньянь показал его генетическую близость к предкам восточноазиатских и юговосточных азиатских популяций и указал на картину популяционного разнообразия в верхнем палеолите. Исследователи полагают, что 40-35 тыс. лет назад на территории Евразии обитали не менее четырех популяций, которые в разной степени оставили генетический след в современном населении.
|
В Санкт-Петербургском государственном университете, в Петровском зале здания Двенадцати коллегий состоялись чтения, посвященные 90-летию со дня рождения Льва Самуиловича Клейна. Большинство из выступавших на них археологов, антропологов, историков и других специалистов считают себя его учениками, которым он привил основы научного мышления, научил идти непроторенными дорогами, показал пример преодоления обстоятельств и стойкости в борьбе. Научные доклады начинались со слов признательности учителю. Представляем здесь выступление доктора исторических наук, профессора СПбГУ, главного научного сотрудника Музея антропологии и этнографии РАН Александра Григорьевича Козинцева.
|
Накануне 110-летия со дня рождения знаменитого антрополога и скульптора, автора всемирно известного метода реконструкции лица по черепу Михаила Михайловича Герасимова, в Дарвиновском музее прошел вечер его памяти. О том, как появился знаменитый метод, о работах мастера и развитии этого направления в наши дни рассказали его последователи и коллеги.
|
Генетики секвенировали митохондриальную ДНК 340 человек из 17 популяций Европы и Ближнего Востока и сравнили эти данные с данными по секвенированию Y-хромосомы. Демографическая история популяций, реконструированная по отцовским и материнским линиям наследования, оказалась совершенно разной. Если первые указывают на экспансию в период бронзового века, то вторые хранят память о расселении в палеолите после окончания оледенения.
|
Анализ геномов четырех индивидов с верхнепалеолитической стоянки Сунгирь показал, что они не являются близкими родственниками. Из этого авторы работы делают вывод, что охотники-собиратели верхнего палеолита успешно избегали инбридинга, так как каждая группа была включена в разветвленную сеть по обмену брачными партнерами.
|
Изучив 16 древних геномов из Африки возрастом от 8100 до 400 лет, палеогенетики предлагают картину смешений и перемещений, приведшую к формированию современных африканских популяций.
|
Анализ семи древних геномов из Южной Африки показал глубокие генетические различия между бушменами и прочими африканскими и неафриканскими популяциями. Время формирования первой развилки на древе человечества соответствует периоду формирования современного человека как вида, авторы оценили его в диапазоне от 350 до 260 тысяч лет назад.
|
Генетический ландшафт Папуа Новая Гвинея отмечен кардинальными различиями между горными и равнинными популяциями. Первые, в отличие от вторых, не обнаруживают влияния Юго-Восточной Азии. Среди горных популяций отмечается высокое генетическое разнообразие, возникшее в период возникновения земледелия. Делается вывод, что неолитический переход не всегда приводит к генетической однородности населения (как в Западной Евразии).
|
В неолитизации Европы роль культурной диффузии была очень незначительной. Основную роль играло распространение земледельцев с Ближнего Востока, которые почти полностью замещали местные племена охотников-собирателей. Доля генетического смешения оценивается в 2%. К таким выводам исследователей привел анализ частоты гаплогрупп митохондриальной ДНК и математическое моделирование.
|
Сочетание генетического и изотопного анализа останков из захоронений на юге Германии продемонстрировало патрилокальность общества в позднем неолите – раннем бронзовом веке. Мужчины в этом регионе вели оседлый образ жизни, а женщины перемещались из других регионов.
|
Наш постоянный читатель и активный участник дискуссий на сайте Лев Агни поделился своим мнением о том, что противопоставить изобилию некачественных научных публикаций в области истории.
|
Древние геномы изучили по аллелям, ассоциированным с болезнями, и вычислили генетический риск наших предков для разных групп заболеваний. Оказалось, что этот риск выше у более древних индивидов (9500 лет и старше), чем у более молодых (3500 лет и моложе). Обнаружилась также зависимость генетического риска заболеваний от типа хозяйства и питания древних людей: скотоводы оказались более генетически здоровыми, чем охотники-собиратели и земледельцы. Географическое местоположение лишь незначительно повлияло на риск некоторых болезней.
|
Международная группа археологов опровергла датировку выплавки меди в Чатал-Хююке – одном из самых известных поселений позднего неолита в центральной Турции. Статья с результатами исследования опубликована в журнале Journal of Archaeological Science .
|
В продолжение темы майкопской культуры перепечатываем еще одну статью археолога, канд. ист. наук Н.А.Николаевой, опубликованную в журнале Вестник Московского государственного областного университета (№1, 2009, с.162-173)
|
В продолжение темы, рассмотренной в статье А.А.Касьяна с лингвистических позиций, и с разрешения автора перепечатываем статью археолога, к.и.н. Надежды Алексеевны Николаевой, доцента Московского государственного областного университета. Статья была опубликована в 2013 г. в журнале Восток (Оriens) № 2, С.107-113
|
Частичный перевод из работы Алексея Касьяна «Хаттский как сино-кавказский язык» (Alexei Kassian. 2009–2010. Hattic as a Sino-Caucasian language. Ugarit-Forschungen 41: 309–447)
|
Несмотря на признание исследований по географии генофондов со стороны мирового научного сообщества и все возрастающую роль геногеографии в междисциплинарных исследованиях народонаселения, до сих пор нет консенсуса о соотношении предметных областей геногеографии и этнологии. Генетики и этнологи часто работали параллельно, а с конца 2000-х годов началось их тесное сотрудничество на всех этапах исследования – от совместных экспедиций до совместного анализа и синтеза. Приведены примеры таких совместных исследований. Эти примеры демонстрируют, что корректно осуществляемый союз генетики и этнологии имеет добротные научные перспективы.
|
Генетический анализ показал, что население Мадагаскара сформировалось при смешении предков африканского происхождения (банту) и восточноазиатского (индонезийцы с Борнео). Доля генетических компонентов разного происхождения зависит от географического региона: африканского больше на севере, восточноазиатского – на юго-востоке. На основании картины генетического ландшафта авторы реконструируют историю заселения Мадагаскара – переселенцы из Индонезии появились здесь раньше, чем африканцы.
|
Появились доказательства того, что анатомически современный человек обитал на островах Индонезии уже в период от 73 до 63 тыс. лет назад, статья с результатами этой работы опубликована в Nature.
|
Анализ геномов бронзового века с территории Ливана показал, что древние ханаанеи смешали в своих генах компоненты неолитических популяций Леванта и халколитических - Ирана. Современные ливанцы получили генетическое наследие от ханаанеев, к которому добавился вклад степных популяций.
|
В журнале European Journal of Archaeology опубликована дискуссия между проф. Л.С.Клейном и авторами статей в Nature (Haak et al. 2015; Allentoft 2015) о гипотезе массовой миграции ямной культуры по данным генетики и ее связи с происхождением индоевропейских языков. Дискуссия составлена из переписки Л.С.Клейна с несколькими соавторами (Вольфганг Хаак, Иосиф Лазаридис, Ник Пэттерсон, Дэвид Райх, Кристиан Кристиансен, Карл-Гёран Шорген, Мортен Аллентофт, Мартин Сикора и Эске Виллерслев). Публикуем ее перевод на русский язык с предисловием Л.С.Клейна.
|
Анализ ДНК представителей минойской и микенской цивилизаций доказал их генетическое родство между собой, а также с современными греками. Показано, что основной вклад в формирование минойцев и микенцев внесли неолитические популяции Анатолии. Авторы обнаружили у них генетический компонент, происходящий с Кавказа и из Ирана, а у микенцев – небольшой след из Восточной Европы и Сибири.
|
Африка – прародина современного человека. Тем не менее генетические данные о древнем населении Африки до сего времени были совершенно незначительными – всего один прочитанный древний геном из Эфиопии возрастом 4,5 тысячи лет. Причины понятны – в экваториальном и тропическом климате ДНК плохо сохраняется и непригодна для изучения. Но вот сделан большой шаг вперед в этом направлении – секвенированы сразу семь древних африканских геномов, о чем поведала статья генетиков из Университета Упсалы, Швеция, опубликованная на сайте препринтов.
|
Публикуем заключительную часть статьи археологов из Одесского университета проф. С.В. Ивановой и к.и.н. Д.В. Киосака и археогенетика, проф. Grand Valley State University А.Г. Никитина. Предмет исследования — археологическая и культурная картина Северо-Западного Причерноморья эпохи энеолита — ранней бронзы и гипотеза о миграции населения ямной культуры в Центральную Европу.
|
Продолжаем публиковать статью археологов из Одесского университета проф. С.В. Ивановой и к.и.н. Д.В. Киосака и археогенетика, проф. Grand Valley State University А.Г. Никитина. Предмет исследования - археологическая и культурная картина Северо-Западного Причерноморья эпохи энеолита - ранней бронзы и гипотеза о миграции населения ямной культуры в Центральную Европу.
|
Представляем статью крупнейшего специалиста по степным культурам, проф. Одесского университета С.В. Ивановой, археолога из Одесского университета Д.В. Киосака и генетика, работающего в США, А.Г. Никитина. В статье представлена археологическая и культурная картина Северо-Западного Причерноморья эпохи энеолита - ранней бронзы и критический разбор гипотезы о миграции населения ямной культуры в Центральную Европу. Публикуем статью в трех частях.
|
Новые детали взаимоотношений современного человека с неандертальцами получены по анализу митохондри альной ДНК неандертальца из пещеры в Германии. Предложенный авторами сценар ий предполагает раннюю миграцию предков сапиенсов из Африки в Европу, где они метисировались с неандертальцами, оставив им в наследство свою мтДНК.
|
Изучив митохондриальную ДНК древних и современных армян, генетики делают вывод о генетической преемственности по материнским линиям наследования в популяциях Южного Кавказа в течение 8 тысяч лет. Многочисленные культурные перемены, происходящие за это время, не сопровождались изменениями в женской части генофонда.
|
Исследование генофонда парсов – зороастрийцев Индии и Пакистана – реконструировало их генетическую историю. Парсы оказались генетически близки к неолитическим иранцам, так как покинули Иран еще до исламизации. Несмотря на преимущественное заключение браков в своей среде, переселение в Индию оставило генетический след в популяции парсов. Оно сказалось в основном на их митохондриальном генофонде за счет ассимиляции местных женщин.
|
На прошедшем форуме «Ученые против мифов-4», организованном порталом «Антропогенез.ру», состоялась специальная конференция «Ученые против мифов-профи» - для популяризаторов науки. В профессиональной среде обсуждались способы, трудности и перспективы борьбы с лженаукой и популяризации науки истинной.
|
С разрешения авторов публикуем диалог д.и.н. Александра Григорьевича Козинцева и проф. Льва Самуиловича Клейна, состоявшийся в мае 2017 г.
|
С разрешения автора и издательства перепечатываем статью доктора историч. наук А.Г.Козинцева, опубликованную в сборнике, посвященном 90-летию Л.С.Клейна (Ex ungue leonem. Сборник статей к 90-летию Льва Самуиловича Клейна. СПб: Нестор-история, 2017. С.9-12).
|
Конференция «Позднепалеолитические памятники Восточной Европы», состоявшаяся в НИИ и Музее Антропологии МГУ, была посвящена 100-летию со дня рождения Марианны Давидовны Гвоздовер (1917-2004) – выдающегося археолога, специалиста по палеолиту. Участники конференции с большой теплотой вспоминали ее как своего учителя, а тематика докладов отражала развитие ее идей.
|
В журнале Science опубликованы размышления о роли исследований древней ДНК в представлениях об истории человечества и о непростых взаимодействиях генетиков с археологами. Одна из основных сложностей заключается в неоднозначных связях между популяциями и археологическими культурами. Решение сложных вопросов возможно только путем глубокой интеграции генетики, археологии и других наук.
|
По 367 митохондриальным геномам построено дерево гаплогруппы U7, определена ее прародина и описано распространение основных ветвей. Некоторые из них связывают с демографическими событиями неолита.
|
Казахские, российские и узбекские генетики исследовали генофонд населения исторического региона Центральной Азии – Трансоксианы по маркерам Y-хромосомы. Оказалось, что основную роль в структурировании генофонда Трансоксианы играет не географический ландшафт, а культура (хозяйственно-культурный тип): земледелие или же кочевое скотоводство. Показано, что культурная и демическая экспансии могут быть не взаимосвязаны: экспансия арабов не оказала значимого влияния на генофонд населения Трансоксианы, а демическая экспансия монголов не оказала значимого влияния на его культуру.
|
Российские антропологи исследовали особенности морфологии средней части лица в популяциях Северо-Восточной Европы в связи с факторами климата. Оказалось, что адаптации к низким температурам у них иные, чем у народов Северной Сибири. Полученные результаты помогут реконструировать адаптацию к климату Homo sapiens верхнего палеолита, так как верхнепалеолитический климат был более всего похож на современный климат Северо-Восточной Европы. Таким образом, современные северо-восточные европейцы могут послужить моделью для реконструкции процессов, происходивших десятки тысяч лет назад.
|
Немецкие генетики успешно секвенировали митохондриальную и проанализировали ядерную ДНК из египетских мумий разных исторических периодов. Они показали, что древние египтяне были генетически близки к ближневосточному населению. Современные египтяне довольно сильно отличаются от древних, главным образом долей африканского генетического компонента, приобретенного в поздние времена.
|
Данные по четырем древним геномам из бассейна Нижнего Дуная указали на долгое мирное сосуществование местных охотников-собирателей и мигрировавших земледельцев в этом регионе. На протяжении нескольких поколений между ними происходило генетическое смещение, а также передача культурных навыков.
|
Цвет кожи человека сформировался под сильным давлением естественного отбора и определяется балансом защиты от ультрафиолета и необходимого уровня синтеза витамина D. Цвет волос и радужной оболочки глаза, хотя в основном определяется тем же пигментом, в меньшей степени продукт естественного отбора и находится под большим влиянием других факторов. Одни и те же гены могут влиять на разные пигментные системы, а комбинация разных аллелей может давать один и тот же результат.
|
Юго-Восточная Европа в неолите служила местом интенсивных генетических и культурных контактов между мигрирующими земледельцами и местными охотниками-собирателями, показывает исследование 200 древних геномов из этого региона. Авторы описали разнообразие европейских охотников-собирателей; нашли, что не все популяции, принесшие земледелие в Европу, происходят из одного источника; оценили долю степного компонента в разных группах населения; продемонстрировали, что в смешении охотников-собирателей с земледельцами имел место гендерный дисбаланс – преобладание мужского вклада от первых.
|
Культурная традиция колоковидных кубков (одна из самых широко распространенных культур в позднем неолите/бронзовом веке), по-видимому, распространялась по Европе двумя способами – как передачей культурных навыков, так и миграциями населения. Это выяснили палеогенетики, представив новые данные по 170 древним геномам из разных регионо |
|
Очень интересная статья. Исследованы крайне важные вопросы взаимодействия различных этносов на русском севере, сделаны интересные выводы. Но мне кажется, что выборка 36-47 человек при исследовании все же маловата, поскольку допускает возможность случайности полученных результатов, а это уже может повлиять на итоговые выводы. Что касается подтверждают ли результаты летописные данные о новгородской колонизации 13-14 веков, то категоричность, возможно несколько поспешна. В первую очередь стоит отметить, что во всех трех группах четко прослеживается славянский след (это конечно не обязательно новгородская, но уж русская колонизация без сомнения). Далее, говоря о новгородской колонизации, необходимо учитывать, что она шла поэтапно и на протяжении длительного времени, то есть на берегу Белого моря появлялись в основном не непосредственно жители новгородской области, а их уже частично ассимилировавшиеся в промежуточных районах потомки. Здесь косвенным подтверждением исхода беломорских поморов именно из владений Великого Новгорода может служить отмеченная в статье их близость к вепсам (хотя это может быть вызвано и другими причинами). И наконец необходимо учитывать события, происходившие после присоединения области к Русскому государству. Здесь и торгово-промышленные интересы, приводившие к прибытию торговых и «работных людей» и массы беглых из различных областей и раскольники и ссыльные «на Соловки». Все это могло внести значительные изменения в первоначальную картину.
Опять «финно-угорские заклинания». Ясно, что если новгородец (условно носитель гаплогрупп R1a и i2) переселялся на север, то жену он брал местную. Добавим сюда прямых потомков местного мужского населения (N), а также заморских гостей — купцов и промышленников, ранних скандинавских (I1) и поздних — западноевропейских (R1b). Ясно, что по аутосомам эта смесь будет очень далека от среднерусской, но треть населения (оценочно 25% R1a b 8% I2) происходят от русских отцов, в подавляющем большинстве своем — выходцев из Новгорода (это видно по языку). Не с неба же упали в Поморье «славянские» гаплогруппы. А ведь у неискушенного читателя может возникнуть представление, что у поморов в жилах нет ни капли русской крови.
Очень бы хотелось, чтобы уважаемые авторы обратили в будущем внимание на очень высокий процент I1. Какие ветки? Какого возраста? На вскидку, популяция выглядит как наложение 1/4 русских на 3/4 финнов. Но вопрос, откуда в принципе пошла I1, и в частности, откуда она у финнов в огромном количестве, зная, что у SHG покамест находят исключительно I2, а при заносе «от шведов» пришла бы примерно равная пропорция R1b/I1, тогда как в реальности что у финнов, что у поморов доля R1b во много раз меньше I1.
Ну и вывод о «резких различиях» — на материале одних только Y-гаплогрупп, да ещё и на скромных выборках — вызывает некоторое недоумение. Это всё же больше похоже на случайные вариации от деревни к деревне. Идея, что можно взять в среднем по 8 образцов в 5 соседних деревнях (между которыми наверняка были смешанные браки) и получить таким образом достоверные процентовки для примерно 10 рассматриваемых клад (благодаря «правильной стратегии» сэмплинга), это нетривиальная академическая смелость. Если 100% складываются в среднем из 40 образцов, вес каждого — 2,5%. Эти 40 образцов раскладываются на 10 кучек. То есть в среднем в каждой кучке 4 образца. И ясно же, что в ареале, где N, I1 и R1a в сопоставимой пропорции картина будет пестрее, нежели там, где безоговорочно доминирует R1a, как на среднерусских территориях.
Да, без субкладов выглядит не особо полезно. У финнов Финляндии основная масса I1 — вот эта ветка https://www.yfull.com/tree/I-L258/ с «эффектом основателя» около 1800 лет назад. И, судя по YFull, в Россию она заходит только краешком, в Карелию и Ингрию. А вот хорошим кандидатом на роль источника поморских I1 смотрится https://www.yfull.com/tree/I-BY65672/ . Аж пять образцов, и все из нужного региона, для России это много. Интересно, что возраст отделения от остальных 3000 лет, что-то очень древнее.
Не могли бы вы подсказать хорошие работы по генетики современных сицилийцев, мальтийцев и киприотов? Спрашиваю потому как информация крайне противоречива,всё что мне удалось найти это небольшой отрывок в английской википедии в разделе генетика. С одной стороны там утверждается что они южные европейцы и происходят от сицилийцев и континентальных южных итальянцев, с другой стороны Лазаридис писал что сицилийцы, мальтийцы и киприоты, близки ливанцам христианам и друзам и являются чуть ли не одним народом с евреями ашкенази и севардами или что-то в этом роде, правда надо сразу сказать что работы которые я цитировал из вики старые 2015 и 2017 года, а вот новых работ я не нашел. Вы случайно не смотрели эти народы, есть ли они у вас в таблице?,вылетают ли они из европейского кластера?
Насчёт статей не подскажу, но если по своим результатам обработки геномов из научных выборок, тезисно:
Мальтийцы очень схожи с сицилийцами и южными итальянцами, с небольшим сдвигом от них к Африке и Ближнему Востоку.
Сам по себе южноитальянский генофонд отличается повышенной долей «ближневосточного» компонента. То есть, они располагаются на самом пограничье южноевропейского кластера и от каких-нибудь испанцев отличаются довольно заметно. В этом смысле можно сказать, что из кластера они вылетают, но по сути-то это ведь тоже Южная Европа, и резкой границы с другими южноевропейскими популяциями нет, переход плавный.
Киприоты размещаются рядом с ближневосточниками, но не сказать, чтобы тяготели конкретно к друзам.
Ашкенази и сефарды Бехара/Лазаридиса выглядят смесью южноевропейского и ближневосточного генофонда, и за счёт этого схожи с вышеперечисленными. Одним с ними народом они от этого не становятся, но можно придумать условный кластер «переходные от Ближнего Востока к Южной Европе популяции», куда, наверное, все примерно и попали в статье.
Слышал что у испанцев и португальцев поправьте если ошибаюсь значительно больше чем у мальтийцев, сицилийцев, киприотов и южных итальянцев, африканской примеси, как суб сахарской так и северно африканской, причём как в аутосомах так и в наличии африканских линий MTDNA плюс ближневосточный компонент, как я понимаю здесь это ещё из за географии так как Иберийский п-ов географически ближе к Африке чем Мальта, Кипр, Сицилия, Южная Италия,но почему то они в отличии от мальтийцев, сицилийцев и южных итальянцев в европейском кластере, чем это можно объяснить?Я не сказал что только друзы, я писал что киприоты ближе всего к жителям Ливана и потом к друзам.
Ну больше и больше, всё равно на общем фоне довольно немного этой африканской примеси.
так и в наличии африканских линий MTDNA
да
но это древние дела в основном, не менее половины линий L — специфические клады С Африки, очень давно пришедшие в Иберию. Исключением является Ю.Португалия с ее 10% линий L, но это уже другая история — завоз рабов (рабынь) 500 лет назад.
Ув Валерий в первом моём комментарии не получилосьLet’s classify skintone according to the Chaplin-Jablonski study, taken on non-tanned areas.
Light tones65-70 Dutch, Western Germans, Northern English, Basques and Welsh60-65 Irish, Leonese (NW Spain), Belgians, Southern English, Kurds55-60 Turks, Southern Chinese, Lebanese, Israelis, NE Berbers, Tunisians, Vietnamese, Southern Greenlanders, Central Japanese, Persians
Middle tones50-55 Tibetans, Moroccans, Northern Japanese, Tripoli Lybians, Manila Philippines, Punjabis, Cambodians, Cyrenaican Lybians, Chechens, SW Japanese, Northern Indians, Jordans, Saudi Arabs, Pakistanis, Rajasthanis, Cape South Africans, Eastern Nepalis45-50 Bengalis, Brazilian Natives, Highland Peruvians, Guaranis, Southern Indians40-45 Southern Lybians, Khoisan, Peruvian NativesDark tones35-40 Yorubas, Swazis, Papuans, Sudanese30-35 Mali Dogons, Namibian mixed, Ethiopians25-30 Average Sub-SaharanVery dark tones20-25 Nilo-Saharians, inland Namibians15-20 Fali (N Cameroon), Chopi (S Mozambique), Australian Natives
Сергей здравствуйте, недавно вышла статья
Языки и гены – глобальный анализ
связи с этим хотелось бы что-бы вы просветили меня в некоторых непонятных для меня моментов. Во первых из того что я читал по генетики мальтийцев, то там были выводы что мальтийцы хоть и говорят на арабском языке, генетически они близки сицилийцам и южно-итальянцам, с небольшим вкладом Ближниго Востока вроде ливанцев христиан, в этой же статье говорится что мальтийцы близки почему-то только восточным сицилийцам а также что меня больше удивило балканцам и туркам или тюркам, там не совсем понятно на кого они намекают. Разве Османская империя которая владела Балканами и Румынией много оставила тюркской генетики в регионе?, да и мне не понятно, разве Мальта испытывала хоть какое-то влияние тюркского мира на себе, как говорится где тюркский мир и где Мальта?, я про географию если-что. Второй их вывод удививший меня, что дескать азербайджанцы отклоняются в сторону тюркских народов не только лингвистически, хотя уже давно из разных исследований по генетике было понятно что тюркоязычные турки, азербайджанцы, кумыки, карачаево-балкарцы, гагаузы,это перешедшее на тюркский язык местные.
Ув.Валерий не подскажите из какой работы Яблонской эта таблица, цвет кожи народов мира?, я её позаимствовал с форума Theapricity. Возможно вам попадались работы этого автора? Подскажите если что, всё же вы варитесь в этой кухне может из ваших коллег кто подскажет об этой работе с этой таблицей.Let’s classify skintone according to the Chaplin-Jablonski study, taken on non-tanned areas.
Light tones65-70 Dutch, Western Germans, Northern English, Basques and Welsh60-65 Irish, Leonese (NW Spain), Belgians, Southern English, Kurds55-60 Turks, Southern Chinese, Lebanese, Israelis, NE Berbers, Tunisians, Vietnamese, Southern Greenlanders, Central Japanese, Persians
Middle tones50-55 Tibetans, Moroccans, Northern Japanese, Tripoli Lybians, Manila Philippines, Punjabis, Cambodians, Cyrenaican Lybians, Chechens, SW Japanese, Northern Indians, Jordans, Saudi Arabs, Pakistanis, Rajasthanis, Cape South Africans, Eastern Nepalis45-50 Bengalis, Brazilian Natives, Highland Peruvians, Guaranis, Southern Indians40-45 Southern Lybians, Khoisan, Peruvian NativesDark tones35-40 Yorubas, Swazis, Papuans, Sudanese30-35 Mali Dogons, Namibian mixed, Ethiopians25-30 Average Sub-SaharanVery dark tones20-25 Nilo-Saharians, inland Namibians15-20 Fali (N Cameroon), Chopi (S Mozambique), Australian Natives