Доска объявлений

IX Алексеевские чтения «Человек и среда в прошлом и настоящем: старые проблемы и новые решения»

ИНСТИТУТ ЭТНОЛОГИИ И АНТРОПОЛОГИИ им. Н.Н. МИКЛУХО-МАКЛАЯ РАН

ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ РАН НИИ И МУЗЕЙ АНТРОПОЛОГИИ им. Д.Н. АНУЧИНА МГУ

приглашают принять участие в общероссийской конференции с международным участием IX Алексеевские чтения «Человек и среда в прошлом и настоящем: старые проблемы и новые решения» с 17 по 22 октября 2022 г. Конференция будет проходить в онлайн формате.

Приглашаем Вас присылать заявки на выступление с докладом на одной из предлагаемых секций (список секций и круглых столов в приложении). В заявке требуется указать название доклада, секцию, ФИО, место работы и должность, ученую степень, контактный телефон, адрес электронной почты и тезисы (не более 250 слов). Просьба присылать заявки не позднее 30 июня на адрес alekseevskie.chteniya@gmail.com.

IX Алексеевские чтения — секции

Гохмановские чтения – 2022: палеоантропология и этногенез

Дорогие коллеги!
Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН приглашает Вас принять участие в конференции «Гохмановские чтения – 2022: палеоантропология и этногенез». Конференция будет проходить с 12 по 14 октября 2022 года в Отделе антропологии МАЭ РАН (Санкт-Петербург, Средний проспект, 24) в очно-заочном формате.
Просим Вас отправлять в срок до 1 июня 2022 года заявки на участие в работе конференции на адрес anthropology-spb@yandex.ru.
Заявка на участие в конференции должна включать в себя информацию об участнике (ФИО, научная степень, звание, место работы и должность, e-mail), название доклада, аннотацию для публикации на сайте Кунсткамеры (не более 150 слов).
Во втором Информационном письме Вы можете ознакомиться со списком планируемых в рамках конференции секций и их кратким описанием.
С уважением, Оргкомитет.

 

«Человек эпохи камня, его материальная культура и среда обитания» VI ГЕРАСИМОВСКИЕ ЧТЕНИЯ

Научная конференция
«Человек эпохи камня, его материальная культура и среда обитания»
VI ГЕРАСИМОВСКИЕ ЧТЕНИЯ

Первое информационное письмо

Дорогие коллеги,

15 сентября 2022 г. исполняется 115 лет со дня рождения Михаила Михайловича Герасимова, создателя метода пластической реконструкции внешности человека по его костным останкам (реконструкции лица по черепу). Метод в различных модификациях получил широкое распространение в отечественной и мировой науке, нашел практическое применение в криминалистике, идентификации останков исторических личностей, физической антропологии и музейном деле. Известность М.М. Герасимова как автора метода пластической реконструкции в известной степени затмила его заслуги в области археологии и особенно – палеолитоведения.

Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН, Центр физической антропологии ИЭА РАН, Иркутский государственный университет приглашают вас принять участие в Научной конференции «Человек эпохи камня, его материальная культура и среда обитания»
(VI ГЕРАСИМОВСКИЕ ЧТЕНИЯ), которая состоится с 31 октября по 2 ноября 2022 г. в Москве в очно-заочной форме.

Предполагается работа в трех направлениях:
1. Эволюционная антропология и палеолитоведение – старые проблемы и новые тенденции;
2. Палеоантропология и археология Евразии эпохи камня – факты и интерпретации;
3. Среда обитания и адаптивные возможности ископаемого человека.

К участию в конференции приглашаются археологи, антропологи, палеозоологи, геоморфологи, генетики. Предпочтение отдается докладам, посвященным проблемным, дискуссионным, теоретическим и методологическим вопросам.
Заявки на участие принимаются до 1 июня 2022 г. через регистрационную форму. Избранные материалы конференции будут опубликованы в журнале «Известия Иркутского государственного университета. Сер. Геоархеология. Этнология. Антропология» (том 41, сентябрь 2022 г.), входящем в перечень ВАК.

С уважением, Оргкомитет Контактное лицо: Наталья Харламова +79166101476, m.m.gerasimov.conference@gmail.com

2022.09.26-28 Герасимовские VI_Инф_I

«ГОХМАНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ – 2022: ПАЛЕОАНТРОПОЛОГИЯ И ЭТНОГЕНЕЗ»

Всероссийская научно-практическая конференция

c международным участием

«ГОХМАНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ – 2022:

ПАЛЕОАНТРОПОЛОГИЯ И ЭТНОГЕНЕЗ»

 

Санкт-Петербург, МАЭ РАН

Октябрь 2022 года

ИНФОРМАЦИОННОЕ ПИСЬМО №1

 

Дорогие коллеги!

Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН приглашает Вас принять участие в конференции «Гохмановские чтения – 2022: палеоантропология и этногенез». Конференция будет проходить в октябре 2022 года в очно-заочном формате. Поскольку в этом же месяце запланировано проведение «IX Алексеевских чтений» в Москве, для удобства всех потенциальных участников конференция в Санкт-Петербурге состоится в смежные дни.

Просим Вас отправлять на адрес anthropology-spb@yandex.ru заявки на организацию секций, круглых столов и воркшопов в срок до 1 февраля 2022 года. Тематика петербургской конференции будет традиционно включать в себя проблемы физической антропологии, в первую очередь касающиеся различных аспектов работы со скелетными останками, а также вопросов этногенеза. Особенно приветствуются дискуссионные темы, касающиеся методических аспектов исследований.

Заявка на проведение секции (круглого стола, воркшопа) составляется в свободной форме, но обязательно должна включать в себя три следующих пункта:

  1. Название
  2. Руководитель (ФИО, научная степень, звание, место работы и должность, e-mail)
  3. Краткое описание круга проблем, предлагаемых для обсуждения (обучения)

Основная информация и сроки приема докладов будут указаны в следующем Информационном письме весной 2022 года.

 

С уважением,

Оркомитет

Секретарь Оргкомитета: Иван Широбоков

Адрес электронной почты:  anthropology-spb@yandex.ru
Контактный телефон +7 (904) 638-90-67

 

1

«Культура русских в археологических исследованиях»

Дорогое коллеги!

Сегодня начинает работу VII международная научная конференция «Культура русских в археологических исследованиях» Программа конференции:

Ссылка для онлайн подключения — https://meet.google.com/waz-qnpj-ebe
Лариса Вениаминовна Татаурова,
кандидат исторических наук, с.н.с. Института археологии и этнографии СО РАН, омская лаборатория. Тел. 89136400703.
Эл. почта li-sa65@mail.ru

 

Авторизация

Календарь

Подписка

Если Вы хотите еженедельно получать по почте подборку новых материалов сайта "Генофонд.рф", напишите нам на адрес info@генофонд.рф

Свежие комментарии

Генофонд.рф
Синтез наук об этногенезе
Генофонд.рф / Словарик / Дьяковская культура

Дьяковская культура

Дьяковская культура — археологическая культура раннего железного века, существовавшая в  лесной полосе Восточной Европы (Верхнее Поволжье и Верхнее Подвинье) в течение доброй тысячи лет — с VI/V в. до н.э. по IV/V вв. н.э. (раньше считали, что диапазон шире: с VIII в. до н.э. по VII в. н.э.). Это время, за которое в Средиземноморье успели возникнуть и сойти на нет древнегреческие города-полисы, Римская Республика и затем Империя. Археологами в Центральной Европе это время отводится последовательно гальштатской и латенской эпохам, а в Северном Причерноморье – скифам и затем сменившим их сарматам.

По нынешней географии это территории Тверской, Вологодской, Владимирской, Московской, Ярославской, Ивановской, Костромской и Смоленской областей.

 

dyakovo1

Границы дьяковской культуры (обозначены линией точка-тире)

 

С юго-востока  с ней соседствует родственная городецкая культура (Среднее и Нижнее Поочье), с севера – родственная культура, называемая иногда ильменской, с запада – эсто-ливская, а с юга — культуры штрихованной керамики, днепро-двинская, мощинская. За ними, еще южнее культуры сменялись: сначала скифские, потом сарматские, потом культуры полей погребений.

Название культура получила по Дьякову городищу у села Дьяково под Москвой (ныне в границах Москвы, в черте музея-заповедника Коломенское). Раскопки его начал в 1864 году Д. Я. Самоквасов. Общую характеристику культуры сформулировал в 1903 году А. А. Спицын.

 

i

Реконструкция Дьякова городища.

 

 

OLYMPUS DIGITAL CAMERA

Троицкое городище, реконструкция Р. Л. Розенфельдта

 

Поселения и жилища. Небольшие селища поначалу, а потом  городища дьяковцев (1000-3000 кв. метров) строились на высоких берегах рек при впадении в реку ручья или другой речки, на образованных этим треугольных мысах. Полагают, что такое городище было и на месте Московского Кремля. Известно уже около 300 дьяковских селищ и более 200 городищ. С напольной (открытой) стороны городища укреплялись поначалу слабо, только рвом и частоколом. Вскоре, однако, укрепления усиливаются: с распространением железа и увеличением богатств родов участились грабительские набеги. Городища обносят валами, а затем с напольной стороны стали возводить валы с обеих сторон рва. Кунцевское городище было окружено даже тройной линией валов и частоколов. Вместо частоколов стали возводить «жилые стены» – ряды бревенчатых построек, хозяйственных и жилых, сомкнутых так, чтобы служить и оборонительными стенами городища (если такие срубы заполнить землей, получатся древнерусские «городницы»)

В городище проживало от 50 до 200 человек. За пределами речных долин дьяковцы не жили, так что плотность населения в дьяковскую эпоху была низкой. На всей территории современной Москвы (более 1000 кв.км.) известно 10 городищ, то есть на эту территорию приходилось около 1000 человек. Осваивалась территория примерно в радиусе 3 км от городища (охотничьи угодья, пастбища, поля, и проч.)

Жилищами были сначала круглые полуземлянки с коническими крышами, а позже — длинные дома площадью в 50 — 70 кв.м. Например, в Дьякове один из раскопанных домов составлял в длину 15 м при ширине 3,5 м. Дома были срубные либо столбовые, стены из тонких бревен (возможно, плетня), обмазанных глиной. Входное помещение  (типа сеней) было холодным, остальные — теплыми, с каменным или глинобитным очагом в центре. Пол посыпали песком либо обмазывали глиной, устилали травяными циновками. В последние века существования культуры вместо больших длинных домов стали возводить  небольшие бревенчатые постройки на опорных столбах, квадратные в плане. Считают, что от них традиция ведет к севернорусским срубам. Обнаружены кирпичи специфической формы («рогатые»).

Кроме жилищ, имелись и хозяйственные постройки — хлева и амбары, а также кузницы и общественные мастерские, где собирались женщины для прядения и ткачества..

В начале нашей эры при городищах появляются неукрепленные селища, так, например, у Дьякова городища было два селища — «Выгон» и «Чертов городок».

Материальная культура – артефакты. Керамика лепная, поначалу она была «текстильной» или «сетчатой», как в предшествующей культуре текстильной керамики. Реже встречаются сосуды с рогожной поверхностью (на деле она получена гребенчатым штампом, имитирующим ткань), ещё реже — со штрихованной поверхностью. Но с III в. н. э. текстильную керамику сменяет гладкая грубая посуда с массой примесей в тесте, богато орнаментированная по краю венчика и по верхней части стенок (гребенчатый штамп, защип по верху, прочерчивание); есть и более совершенная чернолощеная (под балтским влиянием). Горшки плоскодонные, приземистые, с оттянутым венчиком, а также вытянутые баночной формы и миниатюрные сосудики.

 

Находки с памятников дьяковской культуры

 

Металла было мало, зато широко использовались орудия из кости и,  по-видимому, дерева, а на ранних этапах культуры ещё и каменные. Основные орудия поначалу – костяные наконечники стрел и многозубые гарпуны. В начале существования культуры металлические орудия еще бронзовые, потом они сменяются железными. В частности распространяются железные наконечники стрел с двумя шиловидными выступами в основании пера, с черешком для крепления к древку. Цветные металлы остаются для украшений скифского облика.

 

dyakovskaya-kultura-2_653_435__100

Предметы из Дьякова городища.

 

Специфичны для дьяковской культуры небольшие глиняные предметы неясного назначения («грузики Дьякова типа»)  в виде усеченного конуса с внутренним канальцем, со следами потертостей и нитей. Основание конуса – с насечками или рубчиками. На поверхности — точечный орнамент, свастики, другие рисунки. Предметы эти появились на рубеже эр. Высказано множество гипотез о назначении этих предметов – от крышек масляных ламп и рыболовных грузил  до пуговиц и культовых вещиц (вместилищ душ умерших), но наиболее распространены две трактовки — либо это пряслица,  либо грузики для вертикального ткацкого станка.

diak

«Грузики»

 

Хозяйство. Дьяковское население было скотоводческим мясного направления. На мясо шли туши коров и особенно свиней; разводились и лошади, но не как тягловый скот, а на мясо, а впоследствии также для верховой езды (найдены псалии и удила). Скот отличался  малорослостью.

Охотились на лося, оленя, медведя, кабана, косулю, тетерева, рябчика, всё это — ради мяса, на бобра же, куницу, лису и выдру – ради пушнины. Для охоты на мелкого пушного зверя использовались специальные стрелы с тупым наконечником (чтобы не попортить шкурку).

Земледелие существовало, но было примитивным и носило вспомогательный характер. По мнению Д. А. Авдусина, оно вряд ли было подсечно-огневым, так как для этого нужно много топоров, а они на дьяковских городищах редки. Мотыгами возделывали мысы и участки высоких берегов, а заливные и пойменные луга шли под пастбища. Возделывали просо, ячмень и пшеницу, а также коноплю и лён. К концу существования культуры последние заняли уже значительное место в хозяйстве дьяковцев.

Социальные отношения. Среди обитателей Дьяковских городищ нет имущественной  дифференциации. Поэтому полагают, что дьяковцы жили родовым строем, каждый род —  в особом городище; стада скота содержались в общем загоне (составляя, очевидно, родовую собственность).

Динамика. Как уже сказано, поначалу дьяковцы жили в неукрепленных поселениях (селищах) Постепенно многие селища укреплялись — превращались в городища, и укрепления усиливались. В начале нашей эры дьяковцы более активно включились в международный обмен и для этого начали бить пушного зверя в промышленных масштабах. С этого времени усилилось влияние юго-западных соседей – балтов. Это ощущается не только в керамике, но и во всем инвентаре. Сокращается ассортимент костяных изделий вплоть до исчезновения под конец — они вытесняются железом. Широко распространяются бронзовые украшения с разноцветной выемчатой эмалью. Появляются специфически дьяковские ювелирные изделия: нашивные бантиковидные бляшки, серьги с трапециевидными подвесками  (на них парные шарики зерни), ажурные застежки-сюльгамы. В обмен на меха поступали импортные изделия — римские стеклянные бусы и т.п.  На Троицком городище найдена римская фибула I в. н. э. с надписью «avcissa» — самая северная из находок этого типа. Вещи из Средиземноморья поступали к дьяковцам через скифов, потом сарматов. Эти посредники оказали некоторое влияние на дьяковскую культуру своим «звериным» орнаментом, а костяные дьяковские стрелы по форме подражают скифским бронзовым.

 

new-2

Умбоновидные височные подвески.

new-5

Нашивная бляшка.

new-7

Булавка.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Погребения и духовная культура. Своих покойников дьяковцы кремировали, а прах с остатками погребального инвентаря и бронзовых «шумящих украшений» помещали в так называемых «домиках мёртвых»  — небольших полуземлянках вдали от городищ (такие же «домики мертвых» находят в Вологодской области, культура которой тесно связана с дьяковской, причём там этот обряд появляется наряду с более ранними грунтовыми погребениями). Бытует догадка, что первые славянские пришельцы, увидев такие «домики смерти»  в лесной глуши, создали сказочный образ обиталища Бабы-Яги — избушки на курьих ножках. Действительно Баба-Яга – мифологическое воплощение повелительницы царства мертвых (это показал Пропп), но ее образ и мифологическое место – не результат случайной встречи восточных славян с чуждым обрядом, а общеславянский образ, избушка же на курьих ножках, по мнению фольклористов, соответствует славянской домовине VI — IX веков на «курных» (окуренных дымом) столбах.

 

04149130

Реконструкция «домика мертвых»

 

К свидетельствам духовной жизни дьяковцев относят миниатюрные глиняные женские статуэтки, зооморфные фигурки, а также костяные поделки с изображениями животных (выполнены под влиянием скифского «звериного стиля»). Загадочными остаются глиняные таблички с точечными узорами, есть и глиняные шарики с таким же узорами.

 

new-8

Антропоморфные статуэтки.

thumb_4390_article_big

Роговая пластина с зооморфными изображениями. Городище Борщево.

new-3

Глиняные таблички.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Физический облик дьяковцев. Прямая антропологическая характеристика дьяковцев невозможна, поскольку кремация не оставляет материала для определений.  Акад. Т.Алексеева судит о дьяковцах косвенно – по позднейшему славянскому населению региона, вятичам и кривичам, которые, по ее мнению, сформировались в ходе ассимиляции дославянского населения – дьяковцев.  У вятичей она отмечает монголоидную примесь.  Вятичи, по ее определениям, были узколицыми долихокефалами грацильного сложения и невысокого роста; у них были плоские скулы и мало выступающий нос, так что они практически не отличались от мордвы-эрзя.

А. С. Сыроватко и А. Я. Елистратов избрали другой путь – они попытались восстановить физический облик дьяковцев по отпечаткам пальцев на керамике (в криминалистике есть такая методика). И пришли к выводу, что дьяковцы были людьми грацильного телосложения: худощавыми и невысокого роста – это сходится с предположениями Алексеевой.

Происхождение и этническая принадлежность. Носителей дьяковской культуры Б. А. Рыбаков отождествлял с йирками  Геродота, лесными охотниками, но это мало что дает, кроме названия. А дьяковскую культуру и смежные с ней, в том числе городецкую, обычно считают финно-угорскими: носителей дьяковской культуры считают предками племён мери и веси, а носителей городецкой культуры — предками муромы, мещёры и мордвы. Обе культуры были потомками культуры текстильной (сетчатой) керамики позднего бронзового века Волго-Окского междуречья.

Двигаясь из этого района на запад, дьяковцы сменили абашевскую и захиревшую фатьяновскую культуры (которые по происхождению могут считаться восточно- и северно-германскими), возможно, включив их в себя. Следы языка этих погибших и, возможно, частично ассимилированных культур можно искать в языке веси – вепсов (мерянский язык не сохранился). Археологические источники свидетельствуют об ожесточенной борьбе между дьяковцами и последними фатьяновцами (факты собраны В. Шпаковским и О. Фадеевой).

Язык же самих дьяковцев и городецковцев представлен в эрзянском языке потомков городецкой культуры – эрзя (входящего в население Мордовии). Яркий энтузиаст эрзянской культуры философ А. М. Шаронов утверждает, что мерянский язык был идентичен с эрзянским, но с ним никто из филологов не согласен. У него есть и другие увлечения-преувеличения в реконструкции эрзянской преистории, но на одно его наблюдение, возможно, стоит обратить внимание (хотя и оно нуждается в проверке). Он считает, что в формировании русского языка сказался финноугорский (в частности эрзяно-мерянский) субстрат. Ко вкладу этого субстрата он относит: русское полногласие (голос, волос, город, берег и т. п.), свободное ударение (на любом слоге), звук Ё (отсутствующий в большинстве славянских языков) и обилие дублетных слов (жили-были, стёжки-дорожки, жив-здоров, любо-мило, пошло-поехало).

 

Finno-ugrian-map

Можно подвергать сомнению корректность и значимость этих наблюдений (скажем, полногластие есть и в украинском, а поляне вряд ли участвовали в формировании русского языка). Но современная генетика побуждает отнестись к этим наблюдениям внимательнее. Во-первых, в монографии Е. В. и О. П. Балановских «Русский генофонд на Русской равнине» показано, что генофонд российского Севера отличается от остального русского и восточнославянского генофонда и схож с генофондом финноугров. Во-вторых, в монографии О. П. Балановского «Генофонд Европы» помещена карта генетических расстояний эрзи и мокши – мордовских этносов. Если мокша выделена островком, то с эрзей схоже население всей лесной полосы Восточной Европы. Видимо, мокша первоначально не была финноугорской, а лишь приняла финноугоский язык, а эрзя действительный наследник финноугорского населения обширной территории – дьяковской и городецкой культур. Противоречит этому только то, что территория генетически близкого эрзе населения гораздо шире ареалов этих культур и, возможно, говорит о  более древнем субстрате (культурах ямочно-гребенчатой керамики?).

Также и антропология вынуждает задуматься над этими проблемами. Монголоидной примеси у мордвы меньше, чем у других финноязычных народов Поволжья. А внутри мордвы среди эрзи преобладают светлокожие и светловолосые, среди мокши — люди тёмной пигментации.

 

Ris.-5.28-494x500

Карта генетических расстояний от популяции эрзя до популяций Евразии. Зеленым цветом обозначены зоны генетического сходства (О.П.Балановский)

 

Ris.-5.27-494x500

Карта генетических расстояний от популяции мокша до популяций Евразии. Зеленым цветом обозначены зоны генетического сходства (О.П.Балановский)

 

 

В дьяковских жилищах очаг располагался в центре дома — в отличие от славянских домов с печью в углу. А. Н. Башенькин выделяет изображения медведя и утки — по данным этнографии, оба этих животных священны у финно-угров: медведь как «хозяин леса», утка — как прародительница всего сущего, снесшая Мировое яйцо.

Некоторые исследователи считают, что балтское воздействие на дьяковскую культуру было столь сильным, что западная часть дьяковцев, возможно, превратилась в балтов. Лингвистических доказательств этого превращения нет. В финских языках есть много заимствований из балтских, но языки остались финскими. Но соотношение ареала балтской топонимики с южной частью дьяковской культуры и совпадение с ареалом позднедьяковских серег (см.карту в начале статьи) побуждает некоторых исследователей серьезно рассматривать эту возможность.

 

Конец дьяковской культуры.

С середины I тыс. н. э. дьяковская культура приходит в упадок и за несколько веков исчезает,  причем без признаков насилия извне. Считалось, что в IX—Х вв. земли дьяковцев заселяют славянские племена кривичей и вятичей, придя туда через 200 – 300 лет после дьяковцев. Но В. В. Седов постулировал более ранее проникновение славян в Верхнее Поволжье – с IV — V веков. Так или иначе, перерыва в заселенности не было – славяне имели прямой контакт с дьяковским населением и ассимилировали его остатки. Именно поэтому в регионе сохранились финская гидро- и топонимика: Яуза, Яхрома, Кострома, Ухтома, Клязьма, Ока, Шуя, Москва, Талдом, Валдай. Современные авторы выделяют в Волго-Клязьменском междуречье мерянскую культуру VI—IX вв. как метисную финско-славянскую. Для конца I тысячелетия «Повесть временных лет» знает мерю — в районе Ростова, весь — на Белоозере, мурому — в Муроме.

ЛСК

Литература:

Дьяковская культура: Сборник / Отв. ред. Ю. А. Краснов.  М.: Наука, 1974,  284 с.

Кренке Н. А. Дьяково городище: Культура населения бассейна Москвы-реки в I тыс. до н.э. — I тыс. н.э. / Отв. ред. чл.-кор. РАН Н. А. Макаров; Институт археологии РАН.  М.: ИА РАН, 2011, 548 с.

Смирнов К.А. К вопросу о систематизации грузиков «дьякова типа» с Троицкого городища. МИА. 184.-М.,1971.

Смирнов К.А. Погребальный обряд дьяковской культуры // СА. 1990, 2, с. 51-62.

Сыроватко А. С. Юго-восточное Подмосковье в железном веке: к характеристике локальных вариантов дьяковской культуры.  М.: CheBuk, 2009,  352 с.  (Материалы и исследования по археологии Коломны и Коломенского края).

 

Комментарий (В. Владимиров). О приведенном соображении А. М. Шаронова: Полногласие есть во всех восточнославянских языках, в украинском, в белорусском, и есть частный случай общеславянской метатезы гласных под действием праславянского закона открытого слога, и к финноуграм оно не может иметь никого отношения принципиально. У финноугров нету полногласия.
Свободное ударение это праславянское, праиндоевропейское явление, и к финноуграм не может иметь никакого отношения принципиально. У финноугров нету свободного ударения.
Переход е > ё произошел в польском языке (и лужицких) еще в 11 веке, на Украине е > ё еще в 13-м веке, а в русском веке в 14-м, во всех языках по своим условиям. Во всех языках пишется на этом месте о, а то, что только в русском была изобретена в конце 18-го века буква ё, так это наша особенность. И к финноуграм он не может иметь никого отношения принципиально.
Дублетные слова это не нечто необычное, а вот слова типа «жили были» это остатки плюсквамперфекта, некогда существовавшего в древнерусском языке.
Я не понимаю, зачем в статье о Дьяковской культуре писать такие предположения которые не относятся к дьяковской культуре? На самом деле подобных предположений пруд пруди, лингвисты их просто игнорируют, а не обращают внимание, да даже не знают о них, потому что оспаривать подобные утверждения это просто толочь воду в ступе. Непонятно, почему именно это предположение было упомянуто, а не какое либо другое.

Л.С.Клейн. Согласен с критикой шароновских соображений. Привел их (с оговорками) из-за особенностей эрзянской геногеографии. Вероятно, стоит поискать им другое объяснение.

Другие слова

Яндекс.Метрика © Генофонд.рф, 2015