Доска объявлений

VIII АМЕРИКАНИСТСКИЙ СИМПОЗИУМ. СЛИЯНИЕ ДВУХ МИРОВ: ИСТОРИЯ, МОБИЛЬНОСТЬ, СТАТУС ЖИТЕЛЕЙ НОВОГО СВЕТА ДО И ПОСЛЕ КОЛУМБА

  • VIII АМЕРИКАНИСТСКИЙ СИМПОЗИУМ. СЛИЯНИЕ ДВУХ МИРОВ: ИСТОРИЯ, МОБИЛЬНОСТЬ, СТАТУС ЖИТЕЛЕЙ НОВОГО СВЕТА ДО И ПОСЛЕ КОЛУМБА

Сроки и место проведения: 3-4 декабря 2018 г., Санкт-Петербург

Срок подачи заявок: до 30 сентября 2018 года

В рамках предстоящего форума предполагается обсудить широкий спектр вопросов, связанных с процессами социокультурной метисации населения Нового Света в прошлом и настоящем:

- Процессы формирования новых культур на основе взаимодействия местного, европейского и африканского компонентов;

- Расовая и этническая стратификация общества в колониальную эпоху;

- Социальная и пространственная мобильность;

- Социальный статус и его внешние проявления;

- Другие вопросы, имеющие отношение к основной теме симпозиума.

К участию в работе симпозиума приглашаются специалисты-антропологи, этнографы, археологи, историки, независимые исследователи. Рабочие языки: русский, английский, испанский. По итогам симпозиума планируется издание сборника статей участников.

Заявки на участие и резюме (не более 200 слов) направлять на электронный адрес оргкомитета: america-anthropology@mail.ru до 30 сентября 2018 г. по форме:

1). Ф.И.О.:

2). Ученая степень, место работы и должность:

3). Область научных интересов:

4). E-mail, телефон:

5). Название доклада (на рус. и англ. яз.):

6). Резюме (до 200 слов):

7). Summary (max 200 words):

8). Использование мультимедиа:

Контактная информация:

Кондакова Ольга Владимировна (МАЭ РАН)

Тел: 8(905)233-40-56

E-mail: sov@kunstkamera.ru

Объявлен прием в в магистратуру по специальности «Этническая история» в Институт международных отношений, истории и востоковедения Казанского университета

Уважаемые коллеги!

 

Институт международных отношений, истории и востоковедения Казанского (Приволжского) Федерального университета в сотрудничестве с Институтом археологии им. А. Х. Халикова Академии наук Республики Татарстан объявляет о наборе в 2018-2019 учебном году (обучение с сентября 2018 г.) в магистратуру по специальности «Этническая история». Мы ожидаем поступления в нашу магистратуру прежде всего студентов, получивших базовое образование по специальностям «история», «археология», «этнология и антропология», «сравнительно-историческое языкознание», однако по результатам собеседования могут быть приняты студенты, получившие образование в специалитете или бакалавриате и по другим гуманитарным направлениям: главным критерием отбора является наличие интереса к научной работе в области предыстории, древней и средневековой этнической истории. При этом, хотя основным направлением наших исследований является история Поволжья, Урала и Восточной Европы в целом, история тюркских и финно-угорских народов, магистрант вправе предложить тему, связанную с другими регионами Евразии, с историей народов индоевропейской, севернокавказской и др. языковых семей, расширение тематики и географии только приветствуется. Для поступления значимо наличие опубликованных научных работ по выбранному направлению, однако это условие не является обязательным.

В рамках подготовки в магистратуре читаются курсы методологии этноисторических исследований, основ археологии, сравнительно-исторического языкознания, ономастики, уралистики, тюркологии, истории народов Волго-Уральского региона. Занятия ведут квалифицированные специалисты, среди которых доктора наук, члены Российской Академии наук и Академии наук Республики Татарстан. В Институте международных отношений, истории и востоковедения имеется возможность слушать спецкурсы по широкому спектру гуманитарных дисциплин, изучать иностранные языки, в том числе – китайский, корейский, турецкий, арабский и др.

Обучение в магистратуре двухгодичное, итогом его должна стать выпускная квалификационная работа (диссертация). В случае успешной исследовательской работы возможно продолжение образования в аспирантуре Казанского Федерального университета или Института Археологии АН РТ. Магистрантом может быть как гражданин России, так и иностранец, обучение в магистратуре, если оно осуществляется впервые, бесплатное; если студент уже имеет одно магистерское образование возможно поступление в платную магистратуру с гибкой системой оплаты обучения. Студентам предоставляется благоустроенное общежитие, выплачивается стипендия. К(П)ФУ предоставляет все условия как для получения полноценного образования (библиотеки, музеи, архивы), так и для участия в общественной студенческой жизни. Казань является одним из старейших в России культурных и образовательных центров, динамично развивающимся современным городом с широкими возможностями для работы, профессионального роста и отдыха.

Дополнительную информацию и контакты для справок и предоставления документов см. на сайте Института международных отношений, истории и востоковедения К(П)ФУ (https://kpfu.ru/imoiv), вопросы по поводу поступления можно присылать и мне по адресу vovia@udm.ru

 

Надеюсь на успешное сотрудничество.

 

Напольских Владимир Владимирович,

д. и. н., проф., член-корреспондент РАН

Письмо о магистратуре 2018

«Piles of bones: палеоантропология, биоархеология, палеогенетика»

Уважаемые коллеги!

Приглашаем вас принять участие в конференции «Piles of bones: палеоантропология, биоархеология, палеогенетика», которая пройдет в Санкт-Петербурге (октябрь 2018 года).

Информационное письмо № 1

 

Уважаемые коллеги!

Сообщаем, что Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН планирует проведение всероссийской научной конференции c международным участием

  «Piles of bones: палеоантропология, биоархеология, палеогенетика»

(К 90-летию И.И. Гохмана)

 Санкт-Петербург (МАЭ РАН) 8-15 октября 2018 года.

 

В рамках работы конференции предполагается обсуждение широкого круга проблем, связанных с изучением популяционной истории и образа жизни древнего населения земного шара.

Заявки на участие в конференции и темы докладов принимаются

до 30 января 2018 г.

Для заполнения заявки на участие необходимо перейти по ссылке

 

Секретарь оргкомитета: Е.Н. Учанева

электронный адрес  anthropology-spb@yandex.ru

контактный телефон +7 (981) 152-44-64

Авторизация

Подписка

Если Вы хотите еженедельно получать по почте подборку новых материалов сайта "Генофонд.рф", оставьте свой электронный адрес:


Свежие комментарии

Генофонд.рф
Синтез наук об этногенезе
Генофонд.рф / Словарик / Северокавказская культура

Северокавказская культура

 Северокавказская культура — археологическая культура среднего бронзового века (3000/2900 — 1500 гг. до н. э.), распространенная в бассейнах Кубани и Терека (Сев. Кавказ). Она занимает Закубанье, также распространена за верхним Тереком и охватывает возвышенность между ними, уходя оттуда полосой на север, в степи, в сторону Волги неопределенно далеко. Таким образом она охватила всю зону предшествующих майкопской и новосвободненской культур и небольшую часть зоны куро-аракской культуры. На севере граничила с культурами южнорусских степей (в частности, с катакомбными, а возможно еще и с ямной), на западе – с новотиторовской культурой, на юге — с ареалом западнокавказских дольменов (граница проходила по Главному Кавказскому хребту), на востоке — с культурами Дагестана (присулакской и великентской).

В трактовке В. И. Марковина. Курганы очерчиваемой здесь культуры рассматривались раннесоветскими археологами как памятники среднего бронзового века на Кубани (средне- и позднекубанская группа). Но еще один из ведущих российских археологов В. А. Городцов в 1910 г. и в 1927 г.говорил о северокавказской культуре, включая в нее, однако, и Майкопский курган. А. А. Миллер в 1932 г. отделял северокавказскую культуру от ранних памятников. Московский археолог Е. И. Крупнов в 1957 г., найдя подобные кубанским курганам в Кабарде, объединил все такие в одну культуру, бесхитростно называя ее опять же северокавказской, а его ученик В. И Марковин формально выделил и описал эту культуру в монографии 1960 г.

 

ris012

Карта расположения вариантов северокавказской культуры (из книги: В. И. Марковин. Культура племен Севаерного /Кавказа в эпоху бронзы. М, АН СССР, 1960)

 

В археологии больше принято называть культуры по типичному памятнику, так как  при географическом названии памятники данной культуры легко спутать с любыми памятниками той же местности. К тому же, строго говоря, Кавказ – это только цепи горных хребтов, и он маркирует лишь южную границу культуры. Но название привилось.

 

ris008

Отдельные находки из Центрального Кавказа (из книги: В. И. Марковин. Культура племен Севаерного /Кавказа в эпоху бронзы. М, АН СССР, 1960)

 

В монографии Марковина культура относилась ко II тысячелетию (на всем его протяжении): радиоугеродная революция еще не была учтена. В культуру включались многие памятники предкавказских степей, относимые другими археологами к катакомбным культурам. Сообщалось, что поселения почти не изучены, и культура известна по курганным (в степях и предгорьях) и грунтовым (в горах) могильникам.

ris007

Инвентарь из погребений (из книги: В. И. Марковин. Культура племен Севаерного /Кавказа в эпоху бронзы. М, АН СССР, 1960)

Погребальные сооружения охарактеризованы так: в Прикубанье грунтовые ямы, а в Ставрополье, в горных районахЦентрального Кавказа и предгорьях Северного Дагестана — каменные ящики и склепы, ямы, выложенные каменными плитами. Памятники этой культуры расчленены в монографии на три этапа: сложение культуры, ее расцвет и переход в прикубанскую и кобанскую культуры, которые Марковин считал прямым продолжением северокавказской, так же как северокавказскую — прямым продолжением майкопской (традиция идет от Городцова). Разнообразны и погребения: ранние захоронения — скорченные костяки с южной ориентировкой, засыпанные красной краской, а с середины тысячелетия появляются вытянутые костяки с восточной или реже с западной ориентировкой. Различаются памятники и географически: у Марковина это три локальных варианта: прикубанский, центральный и восточный (позже их число возросло).

Единообразен только инвентарь погребений. Это керамика — лепные черные плоскодонные сосуды округлых форм с отпечатками шнура и тесьмы, оттисками штампов и налепами в виде шишечек и валиков. Сосуды обычно помещались в ногах покойного. Это также изделия из металла – мышьяковистой бронзы (олово на Кавказе в дефиците): листовидные ножи, тесла, серпы, проушные вислообушные топоры, украшения. — большие булавки для скрепления одежды — молоточковидные, с несколькими молоточками, посоховидные. Это, наконец, каменные  шлифованные булавы и боевые топоры с резким перегибом тулова – так наз. пятигорского типа. Основа хозяйства – пастушеское, яйлажное (сезонное, отгонное)  скотоводство и земледелие.

Но металлические изделия распространены далеко за пределами культуры. Культура представляет собой только часть Циркумпонтийской металлургической провинции, распространенной вокруг Черного моря и выделенной Е. Н. Черных, а типичные булавки и ножи как северокавказские импорты рассеяны по значительной части Северного Причерноморья. Да и в посуде есть локальные различия.

 

ris010

Типы металлических булавок (из книги: В. И. Марковин. Культура племен Севаерного /Кавказа в эпоху бронзы. М, АН СССР, 1960)

 

В трактовке В. А. Сафронова – Н. А. Николаевой. Некоторые другие исследователи, особенно ленинградские/петербургские, не признали выделения северокавказской культуры. В 1970 г. В. И. Сафронов заявил, что под шапкой северокавказской культуры скрыто не менее пяти культур. В 1980 г. В. А. Сафронов и Н. А. Николаева исключили из нее катакомбные памятники степей и назвали оставшиеся кубано-терской культурой (также предпочтя географическое название – по рекам Кубани и Тереку). В статье Николаевой 1980 года показано, что кубано-терскую культуру объединяет 29 признаков: каменные курганы, земляные курганы с каменным панцырем или кромлехом, стелы и менгиры, обмазка дна и стен могильной ямы зеленоватой глиной, ящики из каменных плит, скорченное и вытянутое положение покойников и т. д. Формы керамики: амфора с 4 или 2 ушками, амфора на поддоне, горшок, миска, кубок. Орнаментация тесьмой, веревкой или другими штампами, резной орнамент.

ris009Но трактовка Сафронова – Николаевой никем не принята – археологи остаются привержены северокавказской культуре, ставшей уже традиционной. Степной вариант северокавказской культуры снова в нее включается – вытянутые погребения не в катакомбах, а в ямах с северокавказским инвентарем (да и сама Николаева их признала кубано-терскими). Впрочем, легко заметить, что и кубано-терская культура, хотя и держится прочнее, чем северокавказская, всё же весьма пестра по составу. Вполне возможно, что приведенные Николаевой 29 признаков, будучи подвергнуты комбинаторному анализу (хотя бы элементарной корреляции), покажут иную группировку. Заметно, что авторитетный петербургский специалист по археологии Кавказа М. Рысин вообще старается не употреблять никакого названия для этой культуры – говорит о памятниках среднего бронзового века на Северном Кавказе.

Нечто близкое к корреляции провел с частью культуры петербургский археолог В. А. Трифонов, упорядочив в 1991 г. памятники Прикубанья по 70 признакам, и у него северокавказская культура выделилась в отдельный блок, но внутреннюю корреляцию северокавказской он не проводил.

Нужно признать, что классификационная позиция Сафронова с Николаевой была всё же перспективнее, чем позиция Крупнова с Марковиным. Крупнов, сам с Кавказа, хорошо знал кавказские древности, но его профессиональное образование было неполным и (в годы искоренения буржуазной археологии) выхолощенным, так что  должную методическую подготовку он не мог освоить и передать своим ученикам. Характеристика, данная ему в мемуарах Г. Б. Федорова, весьма нелицеприятная, в общем, верна. Но, будучи фаворитом акад. Рыбакова, он занимал ведущее положение в Институте археологии и имел сонм учеников на многих археологических постах в кавказской археологии. После его смерти проходят ежегодные крупновские чтения. Эта традиция доминирует в науке. Нынешнее поколение представителей этой школы преодолело налет дилетантизма, свойственный первым ее поколениям, но придерживается некоторых традиций школы в трактовке древностей.

Сафронов и Николаева получили хорошее профессиональное образование и имели гораздо более широкий кругозор, о чем говорит книга Сафронова «Индоевропейские прародины» (1989). Но, как свидетельствует эта же книга, они очень спешили и принимали свои идеи за доказанные, когда это были всего лишь талантливые гипотезы. Некоторые принципы, лежащие в основе их заключений, просто ошибочны (в частности тесная привязка языка и этноса к культуре – впрочем, из этого же принципа исходили и Крупнов с учениками).

 

ris011

Наконечники стрел и каменные топорики (из книги: В. И. Марковин. Культура племен Севаерного /Кавказа в эпоху бронзы. М, АН СССР, 1960)

 

Связи и происхождение. А вот в чем Сафронов с Николаевой явно превосходили Крупнова с Марковиным, это анализ культурных связей и происхождения этой культуры. Крупнов и Марковин стояли на позиции безусловной и заведомо ясной автохтонности. Всякая культура Кавказа у них происходила из местной культуры предшествующего времени. Из майкопской культуры, по Марковину, происходят курган, кромлех, южная ориентировка покойников, сильная скорченность. Но всё это широко распространено, не только в майкопской культуре. Тогда как Сафронов и Николаева показали, что новосвободненская культура не происходит из майкопской, а северокавказская имеет мало общего с ними обеими.

 

ris013

Сравнительная таблица погребальных сооружений: I — Северный Кавказ, II — культура шаровидных аифор, Польша. (Н. А. Николаева. Выделение кубано-терской кульутры ранне- и среднебронзового века на Северном Кавказе. — Проблемы археологии Севрной Осетии. Орджоникидзе 1980: 110)

 

 

Так, в майкопской культуре применялся гончарный круг, а керамика северокавказская – лепная от руки. Тесто северокавказской керамики резко отличается от теста майкопской: то чистое, хорошо отмученное и с ровным обжигом, а это с примесями (в частности толченой ракушки) и с неровным обжигом. И тесто и формы керамики, как новосвободненской, так и ранней северокавказской похожи на керамику куро-аракской культуры (например, ангоб), так что что-то оттуда было взято.

 

ris014

Сравнительная таблица керамики: I — Северный Кавказ, II — культура шаровидных амфор, III — культура шнуровой керамики. (Н. А. Николаева. Выделение кубано-терской кульутры ранне- и среднебронзового века на Северном Кавказе. — Проблемы археологии Севрной Осетии. Орджоникидзе 1980: 110)

 

Трифонов также отверг прямую связь северокавказской с майкопской или новосовободненской: между ними на его сводной хроно-стратиграфической таблице вклиниваются ямная и новотиторовская культуры, а вне Прикубанья, по его соображениям, майкоп и северокавказскую разделила куро-аракская культура.

А больше всего – и в формах керамики, и в орнаменте, и в оружии, и в архитектуре погребальных сооружений северокавказская культура (в терминологии Николаевой и Сафронова кубано-терская) схожа с культурой шаровидных амфор и отчасти с культурами шнуровой керамики и боевого топора: амфоры, шнуровой орнамент, каменные боевые топоры, каменные ящики и кромлехи, особенно показательны  трапециевидные в плане могилы (редкая форма). До Сафронова с Николаевой в 1970 г. подобные идеи высказывал польский археолог Т. Сулимирский (в книге «Преисторическая Россия»).

Это далеко не всеми археологами принимается. Детали и обстоятельства таких генетических связей остаются неясными, но игнорировать эти связи никак не получается. С другой стороны, некоторые археологи, в частности, А. А. Клещенко, ведут обряд вытянутого погребения из постмариупольской (по Н. С. Котовой) или квитянской (по Ю. Я. Рассамакину) культуры IV тысячелетия. В северокавказской, как и в квитянской культурах они в основном ориентированы на В — СВ. Как показывает Клещенко, нет и прямого перехода северокавказской в кобанскую, потому что на всей территории северокавказской культуры ее в третьей четверти III тыс. сменили катакомбные культуры. Очень интересно Клещенко картографировал положение молоточковидных булавок в могиле – они сконцентрированы возле правой кисти покойника.

Нужно отметить, что московский археолог Клещенко, написавший диссертацию о западном (Закубанском) варианте северокавказской культуры, представил наиболее квалифицированный и информативный обзор всей культуры на сегодняшний день. Впрочем, можно ломать голову, какую он школу представляет: он получил образование в Москве, но под руководством А. Н. Гея, а тот – ученик И. С. Каменецкого, перешедшего в Москву из Ленинграда. Да и Сафронов с Николаевой переселились в Москву, там Сафронов и окончил свою жизнь. Так что конкурирующие школы скрещиваются. Что это даст для взаимообогащения традиций трактовки древностей, время покажет.

Антропология. По консультации М. М. Герасимовой, для северокавказской культуры характерен гиперморфный (то есть массивный) брахикранный вариант, резко отличный от кобанских черепов. Широкая мозговая коробка и широкое лицо. Так в Ставропольте, еще в еще более выраженной форме — в Калмыкии.  По сравнению с черепами ямной культуры черепа северокавказской культуры  удивляют своей брахикранией и  шириной лица, к тому же они более высокоголовы. Это отражалось в ямной культуре смежных территорий (результат контактов). Были ли эти брахикраны автохтонами, антропологи пока решить не могут, уповая на археологические решения. 

ЛСК

КОММЕНТАРИИ

от к.и.н. М.М.Герасимовой, вед. н. сотр. Института Этнологии и Антропологии РАН

Л.С.Клейн - «Крупнов и Марковин  стояли на позиции безусловной и заведомо  ясной автохтонности северокавказской культуры».

 

 М.М.Герасимова- Не совсем . понятно негативное отношение к этой позиции, поскольку, сам автор считает, что с археологической точки зрения наследницей северокавказской культуры является кобанская, принявшая самое активное  участие в этногенезе  населения центральных предгорий и горных групп Кавказа.

Антропологически эти культуры, северокавказская и кобанская, представлены диаметрально противоположными вариантами. Об антропологическом типе кобанцев ( см. кобанская культура Герасимовой и Пежемского). Северокавказская культура представлена с территории Калмыкии  шестью мужскими  черепами (Шевченко,1986), и двумя черепами (1♀ и 1♂)   со Ставропольской возвышенности (Герасимова, Пежемский, 2014).

Особенности строения черепов северокавказской культуры Ставрополья, рисуют нам тот же гиперморфный брахикранный вариант, который зафиксирован в Калмыкии, только в еще более выраженной форме. Еще более широкая мозговая коробка и еще более широкое лицо. По сравнению с черепами ямной культуры черепа северокавказской культуры  Ставрополья удивляют своей брахикранией и  шириной лица, к тому же они более высокоголовы. Возможно, именно контактами с северокавказским населением  можно объяснить своеобразие «ямников» Калмыкии и Ставрополья (Шевченко, Герасимова и Пежемский, Казарницкий). Тем более, что имеются археологические свидетельства сосуществования ямного и северокавказского населения и их возможных контактов [Шишлина,1992]

Именно эти черепа являются первыми доказательствами того, что автохтоны Кавказа были  матуризованы, круглоголовы и широколицы, если археологи  убедительно докажут местное происхождение северокавказской культуры, а Ставрополье и Калмыкию аргументировано  —   периферией распространения этой культуры.

Л. С. Клейн: Мое негативное отношение к позиции Крупнова и Марковина о безусловной и заведомо ясной автохтонности северокавказской культуры не противоречит возможной (хотя и не безусловной) преемственености кобанской от нее, потому что имеет в виду ее происхождение, а не ее связи с наследниками. Речь ведь у меня шла об автохтннности северокавказской культуры, а не кобанской. В остальном замечания моих комментаторов с благодарностью приняты.

 

Другие слова

А • Б • В • Г • Д • Е • Ж • З • И • К • Л • М • Н • О
П • Р • С • Т • У • Ф • Х • Ц • Ч • Ш • Э • Ю • Я
Яндекс.Метрика © Генофонд.рф, 2015